та

натъ три года; иметь двоихь дьтей. Въ апрьль 1899 г., въ деревнф, посль бывшаго въ домЪ пожара, сдЪлалея молчаливъ, малоподвиженъ, говорилъ стран- ныя вещи: недъли черезъ двЪ оправился. До 17 декабря казался здоровымъ, исправно исполнялъ свои обязанности; въ этотъ день онъ сталь себя чуветво- валь не хорошо: что-то ежимало голову, угнетало мысли, мЪшало соображать и говорить. Больной сдвлался малоподвиженъ, говорилъ невнятно, крестиль стъны, молился и клалъ земные поклоны. Ночью не спалъ, вставалъ съ кровати, переставлялъ предметы. Наблюденте. Больной хорошаго питаня. Лицо напря- женное, неподвижное; въки мигаютъ крайне рЪдко. Языкъ дрожитъ. Зрачки ши- роки, правый шире лЪваго, съ живою реакщей. Конечности наощупь холодны, влажны, щанотичны. Колфнные рефлексы усилены. Валикъ выражено чрезвы- чайно рельефно, выступаеть при простомъ надавливании пальцемъ и не исчеза- етъ втечеше 25—30 секундъ. РЗзко выраженная дермалографя. Усиленная пот- ливость. Внутреные органы замфтныхъ уклонешй не представляютъ. Больной малоподвиженъ. Держится прямо; ходитъ медленно, не сгибая колЪнъ, широко разставивши ноги и скользя ими по паркету. Останавливается не сразу, а будучи удержанъ, стремится впередъ, не сворачивая въ сторону. Для того, чтобы сЪеть или встать, больному необходима посторонняя помощь или значительное личное усиме, поддерживаемое непрерывными понуканями со стороны. Предоставленный самому себъ, больной неопредъленно долго сохраняетъ случайную или искус- ственно приданную ему позу. Рядомъ съ этимъ, больной, самъ того не замЪчая, подражаетъ жестамъ и движешямъ лица, стоящаго противъ него: поворачиваетъ голову, приглаживаетъ волосы, щиплеть усы, высовываетъь языкъ и т. д. На вопросы больной отвЪчаетъ не сразу, кратко, съ замвтнымъ усимемъ, но пра- вильно: послЪ нЪеколькихъ вопросовъ, онъ видимо утомляется и перестаетъ на время отвЪчаль. Однако, путемъ наводящихь вопросовъ и понуканий, больного можно было расшевелить и заставить связно и плавно разсказаль события преды- дущей жизни и ходъ бользни; въ это время и движения больного становились свободнзе, онъ держался развязнЪе; такое состояше продолжалось нЪеколько минутъ, а затьмъ больной начиналъ жаловаться на то, что что-то „надвигается“ на голову, и снова становился неподвижнымъ, напряженнымъ и тупымъ. Въ по- ольлнемъ состояи окружающее представлялось ему страннымъ, таинственнымъ, грознымъ: лица мъняются, слышался каке-то крики, бываютъ божественныя ви- дъня; въ бодромъ состоянш онъ правильно оцфнивалъ окружающее, критически относился къ своимъ галлюцинащямъ, бреду и связанности. Дней черезъ 10 по поступление больной постепенно сдвлался бодрЪе, разговорчивЪе, сталъ умЪ- ренно подвижнымьъ, началъ принимать участе въ общихъ бесЪдахъ, играть въ домино, шашки. 7 января больной видЪлея съ братомъ, на слъдующ день сталъ жаловалься на шумъ и тяжесть въ головЪ, а съ 9 января сново развилось пер- воначальное состояше напряженной неподвижности съ неравномьрностью зрачковъ. На этотъ разъ больного не удавалозь расшевелить разспросами. Онъ ц5лые дни пролеживаль въ однообразной позЪ, часто съ налянутымъ на голову одяломъ. Пассивнымъ движешямьъ онъ оказывалъ значительное сопротивлеше, но рядомъ сл этимъ представлялъ наклонность къ сохранено приданнаго положення и къ подражаню тълодвижешямъ собесфдника. По временамъ онъ самостоятельно про- дълывалъ обильныя гримасы. На вопросы больной отвЪчалъ вяло, односложно, жаловался на покалывашя во всемъ тълЪ, на смутныя видфвя, шопотъ, голов- ную боль: онъ сталъ упорно отказываться отъ пищи; появилось обильное слю- нотечеше, по временамъ—неопрятность. 16 января больной сталь Фоть, и снова