— 165 —

Зь промежуткахъ между вскрикиваниями больная сдБлалась болЪе подвижною; во рочалась въ постели, то и дБло плевала въ стЪну или въ проходящихъ, иногда порывисто бросала на поль подушку или одъяло; здороваясь съ врачами, она объими руками стискивала протянутую ей руку, дБлая громадныя усимя, скре- жеща зубами, наморщивая лобъ. Это состояше совпало съ первымъ появлешемъ регуль и стихло вмЪетЪ съ ними. Къ концу ноября больная снова сдЪлалась спокойнЪе: но вмЪстЪ съ этимъ она сдфлалась разговорчивЪе, отвЪчала на во- просы, хотя большею частью отвЪчала лишь „да“ или „нзтъ“ или „да“ и „нЪтъ“ одновременно. Она понимала, что находится въ больниц, но никого изъ окружающихъ не могла назвать по имени и даже запомнить имена. Она ничЪмъ не интересовалась, ни о комъ изъ родныхъ не спрашивала, и лежала молча, безучастно относясь кь окружающему, пока съ нею не заговаривали. Лишь по временамъ, она внезацно съ хохотомъ бросала въ пространство все, что попадало подъ руку: хлЪбъ, ложку, тарелку, подушку, или вскакивала съ кровати и съ визгомъ устремлялась въ дверь. Она была крайне неряшлива, не проявляла стыдливости, олнажды помочилась подъ себя. Въ такомъ состоянш больная 11 декабря 1899 г. была переведена въ АлексЪевскую больницу.

\П. Сереьй Г-—нъ, 29 льтъ, врачъ, поступилъ 14 августа 1899 г. Отець и олинъ изъ дядей больного умерли отъ чахотки. Мать дважды перенесла душевную бользнь и умерла оть чахотки. Двое дядей по матери страдали душевнымъ раз- стройствомъ. Въ гимназши больной учился очень хорошо. Зъ университетЬ онъ обращалъ на себя внимаше товарищей н$которою суетливостью, необщитель- ностью, своеобразною походкой и жестами. Сдавши часть экзаменовъ въ 1893 г., онЪ безъ всякой причины пересталъ занималься и бросилъ экзамены. Въ это время онъ женился: съ женою съ первыхь-же дней брака держалъ себя странно, вы- сказывалъ ей как1я-то непонятныя догадки, намекалъ, что она должна его спасти, ни на шагъ не отпускаль ее отъ себя, что-то скрывалъ отъ нея, сдълался крайне скупь. ВскорЪ онъ сталъ часто отлучаться изъ дому, началъ пьянствовать, сдЪ- лался неряшливъ, неаккуратенъ. ЛЪтомъ 1894 года онъ внезапно скрылся отъ жены, покинувъ ее на дачь, и писалъ ей множество писемъ съ упреками въ не- вЪрности, низости и безнравственности. Осенью 1894 г. больной сдалъ экзамены и сдЪлался нЪъсколько аккуратнЪе и опрятнЪе, но къ женЪ отказывался возвратиться, несмотря на ея просьбы. Онъ поселился въ меблированныхъ комнатахъ, часто мЪняя квартиру и ничьмъ не занимаясь. ВскорЪ онъ снова сдБлалея неряшли- вымъ, одфвался грязно, несмотря на то, что обладаль нзкоторыми средствами; никула не. показывался, ни съ кЪмъ не сходился, повидимому пилЪ. Лътомъ 1397 г. больной быль помьщень въ Алексзевскую больнипу, гдЪ онъ пробылъ до ноября 1898 г. Первое время больной представлялся здесь озабоченно-суетли- вымъ, вздыхальъ, слональ, всему оказывалъ сопротивлеше; но вскорв онъ сдЪ- лался малоподвижнымъ, апатичнымъ, пассивнымъ, пересталъ отвЪчать на вопросы, на которые реагировалъь лишь неосмысленною улыбкой. Цфлые дни онъ проси- живалъ уединенно гдЪ нибудь въ уголкЪ, не обращая никакого внимания на окружающее. Только въ полЪ 1398 года онъ сдБлался поживЪе, сталъ сначала принимать участ!е въ работахъ, а залЪмъ и читать. Но кругозоръ его оставался крайне ограниченнымъ; онъ не проявлялъ никакого интереса ни къ медицинЪ, ни къ внъшней жизни и мечталъь лишь о томъ, чтобы, по выпискЪ, жить одному, вдали отъ родныхъ и знакомыхъ. Выписанный 4 ноября 1898 г., онъ осуществилъ свое желаше и замкнулся въ четырехъ стЪнахъ своей квартиры, отдЪльно отъ жены. Весною 1899 г. онъ снова сдЪлался суетливымъ, часто на нЪеколько дней скрывался